Narrative Strategies as an Evidence for Language Contact: Case Study of Taz Selkup and Nganasan

Issue 3 from 24.06.2019

В данной статье на материале фольклорных текстов рассматриваются нарративные стратегии самого северного, среднетазовского говора селькупского языка в сопоставлении с нарративными стратегиями территориально близких идиомов. Показано, что в среднетазовском представлены нарративные стратегии, изоморфные нганасанским, что отличает его не только от центральных и южных диалектов селькупского, но даже и от представляющего более южную часть северного диалектного ареала верхнетазовского говора. При этом в двух указанных идиомах наблюдается редкое троичное противопоставление нарративных стратегий, построенных на использовании различных глагольных форм, скоррелированное с противопоставлением трех жанров — а) персональных нарративов, б) исторических и семейных преданий и в) сказок. Редкость такой модели говорит в пользу контактного, а не независимого ее возникновения в нганасанском и крайнесеверном селькупском (при отсутствии современных контактов между ними).

970 89

How much impact can grammatical system have on the semantic evolution of grams (a case study on the Tas Selkup system of evidential markers)

Issue 6 from 25.11.2015

Статья посвящена одному аспекту семантической эволюции грамматических показателей, до сих пор не освещавшемуся в полной мере в работах по грамматикализации. Речь идет о том, как грамматическая система, принимая новый показатель, может влиять на возникновение у него того или иного значения. В данной работе этот вопрос рассматривается на примере развития полисемии одного из эвиденциальных показателей северного, тазовского диалекта селькупского языка.

587 1

EVIDENTIAL MARKERS IN SELKUP: SEMANTIC AND PRAGMATIC FACTORS IN THE DESCRIPTION OF VERBAL CATEGORIES

Questions of linguistics № 4 from 24.01.2026

В статье рассматривается эвиденциальная система северного (тазовского) диалекта селькупского языка. Эта система обладает рядом интересных особенностей. В частности, в селькупскомситуации, которые говорящий наблюдал лично, описываются с помощью эвиденциального показателя косвенной засвидетельствованности. С типологической точки зрения такое употребление показателя косвенной засвидетельствованности представляется крайне необычным, таккак визуальный доступ к информации о ситуации традиционно рассматривается как однозначнообуславливавающий употребление показателя прямой засвидетельствованности. В статье даетсяописание эвиденциальной системы тазовского селькупского, после чего высказываются некоторые соображения, касающиеся возникновения столь необычной эвиденциальной системы.

588 1

D. NURSE. TENSE AND ASPECT IN BANTU

Issue 3 from 24.01.2026

615 2

Tense, aspect or modality? Verbal system of the Nenets language

Issue 4 from 05.07.2006

В данной работе будет рассмотрена глагольная система энецкого языка, прежде всего - те формы, которые традиционно связываются с временной референцией. Этот материал интересен тем, что позволяет наглядно продемонстрировать, что адекватная семантическая интерпретация отдельных показателей может быть дана только с учетом общих принципов организации глагольной системы. А именно, будет показано, что глагольные формы энецкого языка адекватнее интерпретируются как выражающие модальные, а не темпоральные значения. Данная реинтерпретация не только позволяет уточнить описание энецких глагольных форм, но и затрагивает также некоторые проблемы более общего характера, связанные с типологией глагольных систем и с проблемой однонаправленности путей грамматикализации. Эти проблемы рассматриваются во втором, заключительном разделе статьи.

643 2

E. Filimonova (ed.). Clusivity: Typology and case studies of the inclusive-exclusive distinction

Issue 6 from 05.11.2007

615 2

A.E. Anikin, E.A. Helimskij. Samodian-Tungus-Mandchur lexical links

Issue 2 from 05.03.2008

613 2

Linguistic areas in the history of the Mansi language

Issue 5 from 03.10.2022

Статья посвящена реконструкции истории контактов мансийского языка с представителями самодийской языковой группы. На современной лингвистической карте Западной Сибири эти языки не находятся в непосредственном контакте, однако лингвистические данные позволяют реконструировать несколько контактных ситуаций различной степени временной глубины. Я предполагаю, что в районе верхней Оби (приблизительно на том ее отрезке, который протекает по территории современной Томской области) существовал исторический лингвистический ареал, в который входили мансийский, селькупский и камасинский языки. На восточной периферии этой зоны происходили не слишком интенсивные контакты селькупов с кетами. Хантыйский язык был распространен севернее мансийского и занимал, возможно, северную периферию данного ареала. При этом ближе всего к мансийскому располагался предок современного восточного хантыйского. Манси соседствовали с южными самодийцами, вероятно, в районе Парабели / Чижапки, где Э. Г. Беккер выделяет зону распространения камасинской топонимики. В период этих контактов, на мой взгляд, камасинский и селькупский уже представляли собой два отдельных языка, но при этом диалектная дифференциация селькупского еще не началась: в статье предложен ряд мансийско-селькупских ареальных изоглосс, в равной мере представленных во всех селькупских диалектах. Впоследствии взаимное расположение хантыйского и мансийского языков на лингвистической карте Западной Сибири изменилось: в верхнеобской ареал проникают восточные ханты. Затем северные и южные ханты расселяются широкой полосой, протянувшейся с севера на юг вдоль течения средней Оби и Иртыша. Это прерывает связь манси с восточными хантами и окончательно отрезает манси от верхнеобского ареала. В этот период в верхнеобском ареале начинает формироваться современный «остяцкий» ареал, включающий селькупский, кетский и хантыйский языки. Формирование этого ареала должно быть отнесено к периоду после диалектной дифференциации входящих в него уральских языков: в этот ареал входят только крайневосточные диалекты хантыйского и только северный и тымский диалекты селькупского.

121 11