By this author

Raising and similar phenomena in Russian (mainly based on the behavior of pronouns)

Issue 2 from 08.04.2020

В настоящей статье рассматривается вопрос о подъеме аргумента (англ. argument raising) в русском языке. Хотя русский язык не относится к типичным «языкам с подъемом», как, например, английский, есть явления, по ряду признаков напоминающие подъем. Это конструкции, где некоторый элемент, на поверхности принадлежащий к главному предложению, получает разумную интерпретацию (например, в терминах сферы действия или семантической роли) лишь в том случае, если мы считаем, что порождается он в придаточном предложении. Наш анализ во многом использует методы и данные предыдущих работ, посвященных той или иной конкретной конструкции. Однако отличие нашей работы заключается в первую очередь в том, что для нас центральным критерием подъема будет критерий поведения местоимений: сферы действия неопределенных и отрицательных местоимений в главной клаузе и возможности прономинализации подчиненной клаузы с помощью местоимения это.

606 27

Russian constructions with semi-auxiliary verbs and adjectives: the puzzle of complement clause

Issue 2 from 04.07.2018

Наша статья посвящена конструкциям типа Мне показалось странным, что Федя не приехал. Если точнее, нас интересуют частеречные и синтаксические свойства слова в творительном падеже странным и его актантная структура. Как будет показано в статье, эта единица по некоторым свойствам похожа на предикатив (она может присоединять сентенциальный актант, что для полного прилагательного нехарактерно), а по некоторым — на прилагательное (в частности, она маркирована показателем творительного падежа, тогда как у предикативов категории падежа обычно не усматривается). Как будет показано в статье, решением, позволяющим объяснить такие смешанные свойства, может быть рассмотрение полувспомогательного глагола типа показаться, считаться и других выступающих в конструкции лексем и форм творительного падежа типа странным как слитной единицы (что подтверждается слабой отделимостью и автономностью форм творительного падежа). В то же время существуют и другие пути анализа.

762 8

Russian adverbials with temporal meaning tol’ko, tol’ko-tol’ko, and tol’ko čto: Recent past meaning and resultative semantics

Issue 1 from 06.02.2017

Наша статья посвящена конструкциям типа Он только пришел / Он только-только пришел / Он только что пришел и их взаимодействию с результативной семантикой. Основной вопрос, который ставится в статье, состоит в том, обязательно ли из употребления наречий недавнего времени только, только-только и только что следует, что результат описываемой ситуации сохраняется на момент речи. В статье показано, что значения недавнего прошлого не обязательно предполагают наличие результата. Одни конструкции со значением недавнего прошлого могут содержать в семантике указание на результативность, у других этот компонент отсутствует. С результативной семантикой тесно связаны показатели только и только-только, а показатель только что не требует ни наличия результата, ни его отсутствия. Связь показателей только и только-только с результативными контекстами следует из их семантики и коммуникативной структуры, которые описываются в работе.

669 4

A. Holvoet, N. Nau (eds). Grammatical relations and their non-canonical encoding in Baltic. Amsterdam: John Benjamins, 2014

Issue 6 from 25.11.2015

Балтийские языки давно стали объектом пристального внимания лингвистов, но это внимание до недавнего времени было несколько односторонним. Как правило, эта группа языков изучалась в сравнительно-исторической перспективе. Поскольку было замечено, что балтийские языки (особенно литовский) отражают многие архаичные черты, их данными активно пользовались при построении гипотез об устройстве праязыка индоевропейцев. Однако не так давно ситуация стала меняться, и балтийские языки привлекли и внимание синхронистов (как типологов и теоретиков, так и «чистых» дескриптивистов). Сегодня балтийский материал — это неотъемлемая часть исследований по аспекту, эвиденциальности, валентности и переходности. К числу таких исследований принадлежит и рецензируемый сборник.

511 1

A SURVEY OF LINGUISTIC PROJECTS FI NANCED BY THE RUSSIAN FOUNDATION FOR HUMANITIES IN 2012

Issue 1 from 24.01.2026

622 1

YU.P. KNYAZEV. GRAMMAR SEMANTICS: RUSSIAN IN A TYPOLOGICAL PERSPECTIVE

Issue 4 from 07.07.2010

741 18

Some features of sentential arguments in Russian

Issue 5 from 24.01.2026

В статье анализируются свойства сентенциальных (предикатных) актантов (например, Я знаю, что Петя неправ) в русском языке. Ключевым вопросом является то, насколько синтаксическое поведение актантов этого типа соответствует поведению канонического подлежащего, прямого дополнения и актанта конструкции с прилагательным в русском языке. В результате мы делаем следующий вывод: хотя ничто не мешает считать, что сентенциальные актанты заполняют валентности глагола, многие аспекты их поведения отличаются от канонических. Например, ограничено их употребление с отглагольными существительными, они особым образом ведут себя при пассивизации глагола. Существенно, что сентенциальные актанты с показателем то, что ведут себя иначе, чем зависимые с показателем что или с глаголом в инфинитиве.

672 1

[Review of:] The grammar of causation and interpersonal manipulation / Ed. by Masayoshi Shibatani

Issue 6 from 24.01.2026

640 2

[Review of:] A. Levin-Steinmann. Die Legende vom Bulgarischen Renarrativ. Bedeutung und Funktionen der kopulalosen l-Periphrase

Issue 4 from 05.07.2006

658 2

Typology of labile verbs

Issue 4 from 06.07.2009

В статье предлагается типология лабильных глаголов (т.е. глаголов, способных выступать как переходные или как непереходные без изменения формы). Рассматриваются деривативная, синтаксическая и семантическая классификации лабильных глаголов, и там, где это возможно, формулируются закономерности распределения лабильных глаголов по языкам различных ареалов и отмечается связь лабильности с другими особенностями грамматики языков (в частности, с системой показателей актантной деривации и типом маркирования актантов глагола). Наиболее подробно рассматриваются взаимоотношения лабильных глаголов с показателями каузатива и декаузатива. Наконец, выдвигается и иллюстрируется примерами гипотеза о функции лабильности в языковой системе: предлагается считать, что лабильность служит для объединения сходных значений в рамках одной глагольной лексемы.

753 2

D.A. Peterson. Applicative constructions.

Issue 4 from 07.07.2008

671 2

Semiotic conceptualization of the body and its parts. I. Feature "form"

Issue 6 from 03.11.2008

В статье ставится задача комплексного семиотического описания частей тела человека, учитывающего данные как естественного языка, так и языка тела. Для ее решения в качестве альтернативы традиционному лексикографическому описанию предлагается принципиально новый «признаковый» подход: выделяются признаки частей тела (форма, размер, ориентация, движения и проч.) и указываются те значения, которые они принимают в вербальном языке и в невербальных соматических кодах. Значения этих признаков сопоставляются и представляются в виде единой базы данных, отражающей семиотическую репрезентацию тела и его частей. В качестве примера одного из таких признаков в статье подробно рассматривается признак формы частей тела. Показано, что признак формы является комплексным и содержит большое количество аспектов статического и динамического характера, релевантных для семиотической концептуализации частей тела. В заключение статьи вводится важное понятие эталонной формы части тела.

815 2

Non-prototypic transitivity and lability: the phasal labile verbs

Issue 4 from 05.07.2005

В настоящей статье исследуется способность глагола выступать в двух разных диатезах, различающихся тем, какой из участников занимает позицию субъекта, т.е. речь идет о глаголах, имеющих несколько альтернативных моделей управления (эти глаголы или некоторый их подкласс называются лабильными). Лабильность фазовых глаголов связана с их отличиями от прототипичес-ко-переходных глаголов: в частности, с отсутствием в числе их участников прототипического пациенса и с тем, что они имеют валентность на ситуацию. Это ведет к тому, что фазовые глаголы лабильны даже в некоторых языках, где других лабильных глаголов практически нет. Также в статье показано, что свойства инхоативных и герминативных глаголов в рассматриваемом аспекте различаются: так, в ряде языков лабильны только глаголы начала ситуации. Это связано с различными семантическими и аспектуальными свойствами глаголов начала и конца ситуации. В заключении делаются выводы о лабильности фазовых глаголов и предположения о лабильности непрототипических переходных глаголов вообще.

631 0

The Russian pronoun TAM as a marker of anaphora to an argument

Issue 4 from 07.07.2021

В настоящей статье предлагается анализ одного нестандартного употребления местоимения там. Это употребление типа Я с ней разговаривал — там явно нет понимания ситуации. Местоимение там в таком употреблении относится не к месту, а к участнику (как правило, одушевленному). После краткого обзора других употреблений местоимения там мы выясняем правила и ограничения на употребление «актантного» там. Затем предлагается анализ роли этого употребления в русской местоименной системе и связи с другими употреблениями. Мы предполагаем, что данное употребление связано, прежде всего, с двумя другими: с коллективным (в частности, в минимальном варианте, где там может относиться, например, к семье) и с ситуационным, где там относится к некоторой ситуации. Функция же этого употребления состоит в том, чтобы понизить значимость участника: в отличие от местоимения он, местоимение там показывает, что участник не заслуживает роли основной темы текста или отрывка и осмысляется просто как местоположение некоторых свойств.

257 15

Russian colloquial complement clauses with <em>čto</em>: Quotative use and other special properties

Issue 3 from 07.06.2023

В статье рассматриваются разговорные конструкции с союзом что — например, Ты скажи, что я же не знал!, Он начал извиняться, что он не хотел и др. Стандартно центром этих разговорных употреблений считается отсутствие сдвига лиц, характерного для косвенной речи и вообще для придаточных. Однако оказывается, что для разговорных конструкций релевантны и две другие черты: возможность присоединения в качестве придаточных неутвердительных (вопросительных и повелительных) конструкций и присоединение придаточных с семантической ролью содержания к матричным глаголам типа отказываться или извиняться, с которыми в литературном русском такие придаточные не сочетаются. Все три рассматриваемые черты связаны с одним и тем же процессом — превращением союза в своего рода показатель цитации. Тем не менее они не обязательно коррелируют друг с другом: встречаются примеры, характеризующиеся одним или двумя из данных свойств. При этом некоторые свойства разговорных конструкций со что роднят их с бессоюзными конструкциями: в обоих случаях предложение не является стандартным сложноподчиненным, вторая часть в них не имеет всех свойств зависимой клаузы. В этом смысле и конструкции со что, и бессоюзные конструкции — это средства присоединить к основному глаголу вторую клаузу, не понижая существенно ее синтаксический статус.

89 12