By this author

INTERNATIONAL SYMPOSIUM "THE PROSPECTIVE AS A GRAMMATICAL CATEGORY: EVIDENCE FROM TURKIC, IRANIAN AND BEYOND"

Questions of linguistics № 4 from 24.01.2026

543 1

DEDICATED IMPERSONAL IN OSSETIC: TOWARDS A TYPOLOGY OF IMPERSONALITY IN IRANIAN

Issue 3 from 24.01.2026

Статья посвящена специализированным глагольным формам субъектного имперсонала в иранских языках. Под субъектным имперсоналом понимается глагольная категория, имеющая своей основной функцией устранение первого участника ситуации. В статье показывается, что единственным иранским языком, имеющим глагольную категорию имперсонала, является современный осетинский (восточноиранский). Исследуются морфо-синтаксические и семантические особенности осетинского имперсонала и показывается, что осетинский имперсонал представляет собой уникальное явление внутри ирано-кавказского языкового ареала.

627 1

TWO CONSTRUCTIONS OF POSSIBILITY IN OSSETIC

Issue 2 from 24.01.2026

Статья посвящена рассмотрению двух неизвестных грамматикам модальных конструкций в литературном осетинском языке. Конструкции являются специализированными средствами выражения не эпистемической возможности; одна из конструкций выражает внутреннюю возможность, другая – внешнюю (в терминах работы [van der Auwera, Plungian 1998]). В статье рассматриваются морфосинтаксис, семантика и происхождение конструкций, проводится сравнение осетинских конструкций с дативно-инфинитивной конструкцией в русском языке (Вам не победить нашего чемпиона). Типологическая ценность обнаруженных конструкций заключается в том, что они представляют собой уникальный внутри ирано-кавказского языкового ареала случай грамматического противопоставления значений внешней и внутренней возможности, противопоставления с помощью специализированных средств. Осетинские конструкции возможности позволяют на уровне грамматики обосновать выделение внутри зоны не-эпистемической возможности значений внутренней и внешней возможности. Исследование проведено на материале Осетинского национального корпуса (www.corpus. ossetic-studies.org, 5 млн словоупотреблений на момент написания статьи), корпуса осетинских устных текстов (http://ossetic-studies.org/ru/texts, более 50 000 словоупотреблений), а также данных, полученных от носителей осетинского языка в период с 2008 по 2011 г.

663 1

P. SAMVELIAN. GRAMMAIRE DES PREDICATS COMPLEXES: LES CONSTRUCTIONS NOM-VERBE. PARIS: LAVOISIER, 2012

Issue 3 from 24.01.2026

601 1

Sеcondary predication and adverbial modification. The typology of depictives

Issue 1 from 05.01.2007

641 2

[Review of:] B.Ya. Ostrovskii. Problems of grammatical verbal semantics in the Dari language

Issue 2 from 05.03.2006

649 2

Ossetic verbal paradigms in a cross-linguistic perspective

Issue 2 from 13.04.2023

В настоящей статье подробно рассматриваются глагольные парадигмы осетинского языка. Данные осетинского языка сравниваются с данными других новоиранских языков (восточных и западных). Материал анализируется с позиций синхронии. На основе проведенного типологического изучения глагольных парадигм новоиранских языков у осетинского языка выделяется ряд нетипичных для других иранских языков грамматических черт. В частности, в осетинском выделяются следующие особенности: морфологическое будущее время, субъектный имперсонал, морфологическая переходность и специализированные императивные показатели для третьего лица. Лично-числовые показатели в осетинском языке играют ключевую роль в образовании форм времен и наклонений. В других новоиранских языках при образовании форм времен и наклонений основную функцию обычно выполняют глагольные основы и (или) специальные аффиксы, а лично-числовые показатели в большинстве языков не выражают никаких категорий кроме лица и числа. В осетинском языке также отсутствуют некоторые категории и грамматические особенности, характерные для новоиранских языков (перфект и плюсквамперфект, аспектуальные формы, а также аналитические глагольные формы). Полученные в ходе настоящего исследования результаты существенно обогащают не только теоретическую грамматику осетинского языка, но и типологические знания о новоиранских языках.

130 13

Contemporary Iranian studies in Russia: A foreword

Issue 6 from 21.12.2023

123 8

Perfects of Yaghnobi

Issue 6 from 22.12.2023

В статье описывается семантика четырех глагольных форм, образованных от причастия прошедшего времени смыслового глагола и вспомогательного глагола ‘быть’ или глагола-связки, в ягнобском языке. Это формы перфекта, плюсквамперфекта, преждепрошедшего перфекта и сослагательного наклонения прошедшего времени. Материалом исследования является корпус устных текстов ягнобского языка 20-х–60-х гг. XX в. объемом более 40 тыс. слов. В результате исследования установлено, что перфект не является специализированным средством выражения результата. У перфекта обнаружены следующие значения: экспериенциальное, инклюзивное, иммедиатное, эвиденциальное (инференциальное и репортативное), эпистемическое, адмиративное и дискурсивное. Также перфект употребляется для выражения еще не реализовавшейся ситуации, которая мыслится говорящим как только что свершившаяся (ср. русск. До свидания, я ушел). Основным значением плюсквамперфекта является дискурсивная выделенность ситуации в прошлом. Типичное значение таксисного предшествования в прошлом утеряно ягнобским плюсквамперфектом. Отмечаются также случаи употребления плюсквамперфекта для выражения значений сверхпрошлого, авертива и неудавшейся попытки в прошлом. Преждепрошедший перфект выражает таксисное предшествование в прошлом, инференциальную эвиденциальность в прошлом, а также используется в ситуациях, относящихся к недавнему прошлому, настоящему или ближайшему будущему, которые мыслятся говорящим как уже давно совершившиеся. Все значения этой формы отмечаются у перфекта. Основное отличие преждепрошедшего перфекта от обычного перфекта заключается в сдвиге ситуации в прошлое. Сослагательное наклонение прошедшего времени употребляется в предложениях с общим вопросом и в придаточных утвердительных предложениях. В модальном плане семантика наклонения до конца не ясна. Семантически эта форма наиболее близка к сослагательному наклонению настояще-будущего времени. Сослагательное наклонение прошедшего времени может выражать таксисное значение предшествования ситуации, выраженной сослагательным наклонением настояще-будущего времени, что частично сближает эту форму с преждепрошедшим перфектом. Помимо подробного описания форм с причастием прошедшего времени, значимым результатом статьи является обнаружение дискурсивной функции у плюсквамперфекта, а также употребления перфекта и преждепрошедшего перфекта для выражения ситуации недавнего прошлого, настоящего или ближайшего будущего, которая мыслится говорящим как уже совершившаяся.

197 8