By this author

On the interpretation of l-forms without auxiliary used in pluperfect contexts in Hypatian Chronicle and The First Novgorodian Chronicle

Issue 5 from 08.10.2018

В статье анализируются -л-формы без связки, которые используются для обозначения предпрошедшего действия. Традиционно -л-причастие в таком употреблении рассматривается как бессвязочный перфект в плюсквамперфектном контексте. Однако в статье будет показано, что, по-видимому, мы имеем дело с начальным этапом возникновения формы, выражающей грамматическое значение результата, для которого становится нерелевантным соотнесение действия с временным планом настоящего или прошлого. Такая интерпретация летописного материала подтверждается данными современных русских говоров с перфектом и плюсквамперфектом на -ши / -вши, где форма на -ши / -вши без связки в прошедшем времени может иметь значение результата, отнесенного не только к настоящему, но и к прошлому.

766 10

The relationship between l-forms and -ъš-/-vъš-participles in Old Russian

Issue 3 from 07.05.2020

Традиционно считается, что -л-форму без связки, употребленную не в перфектном значении, следует рассматривать как бывшую форму бессвязочного перфекта, превратившегося в живой речи в единственную форму прошедшего времени. Однако анализ русских летописей показал, что примеры с таким употреблением в нарративе распределяются на несколько типов контекстов. Данная статья посвящена одной из таких групп, использование в которой -л-формы оказывается последовательным и закономерным, если интерпретировать ее как употребленную в функции причастия прошедшего времени на -ъш-/-въш-. Эта гипотеза подтверждается как отдельными языковыми фактами из истории русского языка, так и материалом других славянских языков. В работе показано, что, по всей видимости, можно говорить о функциональной синонимии двух причастных образований на -л- и -ъш-/-въш-.

623 27

On the grammaticalization of past passive participles in Middle Russian

Issue 4 from 17.08.2023

В статье на материале Вестей-Курантов и грамоток XVII — нач. XVIII в. рассматривается употребление страдательных причастий прошедшего времени в претеритном значении без глагола-связки, несвойственное современному литературному языку, а также предлагается грамматическая интерпретация такого функционирования анализируемых форм. При перестройке старой временной системы страдательные причастия начинают грамматикализовываться и превращаться в специализированную форму, имеющую претеритное значение и не нуждающуюся в указании на субъект действия. Различные типы конструкций со страдательными причастиями в такой функции (с причастием, согласуемым с объектом, стоящим в несогласуемой форме ср. р. и употребленным безлично или при объекте в Им./В. п.) являются проявлениями разных ступеней процесса грамматикализации, не осуществленного до конца в истории русского языка, но достигшего финальной стадии в польском.

94 12